|
Глава 4. Водно-болотные угодья болот, торфяников и тундр Западной Сибири
4.1. Функции болотных экосистем
Рамсарская конвенция (1971) применяет широкий подход к определению водно-болотных угодий, взятых под ее защиту,— это районы болот, фенов, пойм, торфяных угодий или водоемов и т. д. Болотные (болотистые) системы, объединяющие болота, плавни и торфяники, являются одной из пяти основных групп ВБУ.
Как отмечалось ранее, одной из наиболее характерных черт Западно-Сибирской равнины является чрезвычайно высокая заболоченность, достигающая 36 % от всей площади, что составляет 1 млн. км 2. Это колоссальные цифры, особенно если учесть, что общая заболоченность суши земного шара в среднем всего лишь 4,4 % [Торфяные ресурсы мира, 1988].
Достаточно трудно дать определение болот, поскольку это сложные природные образования, изучаемые специалистами разных профессий. В. Н. Сукачев [1926] характеризует болото как “определенный тип земной поверхности, где факторы литосферы, гидросферы и биосферы в своем взаимодействии создают единое целое, один определенный ландшафт”. В Большом Советском энциклопедическом словаре [1989] дается такое описание болота: это избыточно увлажненный участок земной поверхности, заросший влаголюбивыми растениями. В болотах обычно происходит накопление неразложившихся растительных остатков и образование торфа. Общая площадь болот в Северном полушарии около 350 млн. га.
Торфоболотная страна — так называли раньше Западно-Сибирскую равнину — место исключительно обводненное, трудно проходимое, местами абсолютно недоступное: с высоты птичьего полета прежде всего видны колоссальные пространства ржаво-желтых болотных массивов.
Заболачивание Западно-Сибирской равнины, особенно зоны олиготрофных болот, имеет прогрессирующий характер, что связано с природными условиями территории и способностью крупных болотных массивов к саморазвитию. Всего лишь в конце XVII века на картах, составленных С. У. Ремезовым, в центральной части равнины отмечено обширное озеро-море, а сейчас там сформировался огромный Васюганский болотный массив. Заболачиванию во многом способствует и хозяйственная деятельность человека, те виды ее, которые нарушают гидрологический режим территории, затрудняя сток. В то же время, на фоне прогрессирующего заболачивания территории, в отдельных районах усиливается тенденция самоосушения болот.
Болотные экосистемы, являясь непременным атрибутом ландшафтов Западной Сибири, выполняют комплекс очень важных с экологических позиций функций: климатических, геоморфологических, гидрологических и др. (рис. 16). То есть, занимая большие территории и обладая способностью к саморазвитию, независимо от климатических флуктуаций умеренного масштаба, болота играют важную средообразующую роль, которая заключается в регулировании газового состава атмосферы (О 2, СО2, СН4), влиянии на местные климатические условия, консервации углерода и ряда других веществ, нивелировании температурных скачков, поддержании структуры водного баланса и гидрологического режима. Болота обеспечивают приповерхностное нахождение уровня грунтовых вод на прилегающих территориях, что также является фактором прогрессирующего заболачивания.
Рис. 16. Основные функции болот [Болота…, 2000]
1. Климатическая функция болот выражается в их мощном влиянии на формирование теплового и водного баланса территории. Установлено, что величина радиационного баланса болот с мощными торфяными залежами в северной и средней тайге препятствует смещению границы распространения зоны вечной мерзлоты южнее Сибирских Увалов; за летние месяцы с болот Западно-Сибирской равнины выносится в среднем 300 км3 испарившейся влаги на территорию Восточной Сибири и Казахстана.
2. Болота играют важную роль в поддержании состава атмосферного воздуха: их растительность обогащает атмосферу кислородом и усваивает углекислоту, изымая из планетарного цикла углерод и консервируя его в торфяниках на тысячи лет.
В результате частичного разложения растительных остатков в анаэробных условиях в атмосферу поступает также значительное количество метана. Соотношение потоков этих газов, важных компонентов атмосферного воздуха, регулирующих проявления “парникового эффекта”, определяют вклад болотного региона в возможное потепление глобального климата.
Согласно прогнозам, в середине XXI века ожидается потепление средней глобальной температуры на 1 °С, что может привести к изменению климата с соответствующими последствиями; такой прогноз связан с усилением парникового эффекта, вызванного хозяйственной деятельностью человека и обусловленного в первую очередь нарушением баланса углерода. Сегодня доля антропогенной углекислоты в парниковом эффекте оценивается в 61 %, метана — в 23 %, закиси азота — в 4 %, остальные проценты приходятся на другие микропримеси. Так как основная доля в парниковом эффекте приходится на СО2, то оценка его потоков составляет первоочередную задачу в прогнозировании характера эффекта (положительного или отрицательного) при этих изменениях.
Функции наземных экосистем в качестве источников или стоков СО2 определяются балансом между фотосинтетической продукцией органического углерода и выделением СО2 при дыхании и разложении органического вещества. Поскольку отношение СО2/О2 при фотосинтезе и дыхании близко к 1, можно утверждать, что экосистемы с высоким содержанием органического углерода в живой биомассе и в устойчивом органическом веществе почвы служили не только глобальным источником углекислоты, но и глобальным источником атмосферного кислорода.
Многие авторы считают, что вследствие сжигания топлива, антропогенных воздействий на почвы и минерализации гумуса парциальное давление СО2 может достичь в атмосфере к 2110 г. 420–900 ppm (ppm — part per million — часть на миллион, 1 ppm = 1·10–4 %) (рис. 17).
Рис. 17. Общая схема круговорота углерода в природе [Инишева, 2000]
Болота — единственные в наземной биоте экологические системы, обеспечивающие постоянный сток в них углерода, который надолго выключается из дальнейшего круговорота, накапливаясь в виде торфяных залежей.
Болота рассматриваются как один из основных объектов биосферы. Согласно С. Э. Вомперскому [1994], который, в свою очередь, ориентируется на данные Международного сообщества по торфу, площадь торфяных болот мира оценивается в 5 ·10 6 км2 (3,5 % суши Земли), а запасы торфа в пересчете на углерод — в 120–240 млрд. т. По самым последним данным площадь болот мира оценивается уже цифрой 6 413 000 км2, и, соответственно, возрастают запасы углерода — до 234–525 млрд. т [Инишева, 2000].
В России площадь оторфованных, заболоченных и болотных земель составляет 3,69 млн. км 2 (или 21,6 % территории страны) с содержанием углерода 113,53 млрд. т, в том числе площадь торфяных болот — 1,39 млн. км2, содержание углерода в них 100,93 млрд. т [Вомперский, 1994].
В Западно-Сибирском регионе площадь торфяных болот достигает 42 % от территории болот России, содержание углерода в них 42,3 млрд. т, что составляет 36 % от депонированного углерода России.
3. Специфичность биосферной функции болот обуславливается незамкнутостью у них цикла круговорота веществ, при котором торфяно-болотные экосистемы возвращают в окружающую среду меньше веществ, чем забирают. Таким образом, идет постоянный сток углерода из атмосферы в торфяное болото.
Основная масса ежегодно поступающего в болота органического вещества минерализуется в зоне аэрации в процессе торфообразования. Затем, по мере нарастания поверхности торфяника, прирост предыдущего года (торфогенный слой), опускаясь, попадает в анаэробные условия, где идет замедленное разложение его при участии микроорганизмов.
В условиях повышения содержания углерода в атмосфере, вызванного интенсивной антропогенной деятельностью, болота являются теми компонентами окружающей среды, которые поглощают из атмосферы углерода больше, чем возвращают, поэтому “растущие” болота являются уникальными составляющими наземной биоты, способными связывать СО2 атмосферы на длительный период.
Человек, общество должны быть заинтересованы в том, чтобы большая часть болотных комплексов Западной Сибири оставалась в естественном состоянии на фоне прогрессирующего заболачивания. Если учесть, что разработка торфяных залежей интенсивно и длительное время идет в Европе, что привело к частичному нарушению баланса углерода, становится понятной озабоченность экологов мира сохранением болот в естественном состоянии на территориях других стран. Об этом свидетельствуют и принятые совещанием Конференции Сторон Рамсарской конвенции рекомендации [Конвенция о водно-болотных угодьях, 1996].
4. Гидрологическая роль болот проявляется в двух взаимосвязанных аспектах: количественных и качественных гидрологических характеристиках и характеристиках качества воды.
Одно из проявлений гидрологической функции — водоохранная роль болот, которая может быть как положительной, так и отрицательной: известно, что болота на водосборной площади несколько снижают объем речного стока в замыкающем створе бассейна (негативная роль), но консервируют значительные запасы влаги в торфяных отложениях — положительная роль. В последнем случае водоохранная роль больше относится к запасам воды в болотных экосистемах, законсервированным в толще торфяников, а также к находящейся в обводненных микроландшафтах и внутриболотной гидрографической сети.
Малообводненные микроландшафты сфагновых болот с хорошо выраженной выпуклой поверхностью (нагорья, рямы) проявляют водосберегающую роль в сухие сезоны года, резко снижая испарение при обсыхании сфагновых мхов.
При площади заболачивания Западной Сибири около 1 млн. км2 и запа-сах торфа 120 млрд. т (при влажности 40 %) запасы воды в торфе достигают 1000 км3 [Нейштадт, 1977], т. е. в среднем 1000 мм3 на единицу заболоченной площади, что значительно превышает годовой сток рек в этих районах.
Водообмен болотных экосистем с окружающими ландшафтами происходит посредством поверхностного и грунтового стока. Поверхностный сток происходит в гидрографической сети и в деятельном горизонте торфяников (путем фильтрации). Болотная гидрографическая сеть включает водотоки, озера, топи.
Густота речной сети на болотах достигает 0,03–0,05 км/км2, что свидетельствует о сравнительно небольших значениях внутриболотных водотоков в дренировании болотных массивов по сравнению со стоком в деятельном горизонте: водотоки питают сток более крупных рек болотными водами.
На территории Западно-Сибирской равнины речная сеть более развита в Обь-Иртышском бассейне, где преобладают грядово-мочажинные микроландшафты (см. рис. вкл.),
заозеренность сравнительно невелика. В зоне олиготрофных болот, на обширных заозеренных пространствах Сургутского Полесья, гидрографическая сеть представлена системой озер, соединенных многочисленными протоками, то же самое наблюдается и на отдельных участках водно-болотного угодья “Водораздел Нумто” [Валеева и др., 2000]. В менее обводненном Кондо-Тавдинском районе речная сеть на болотных массивах развита слабо, вода стекает из внутриболотных озер через систему проточных топей, расположенных между выпуклыми торфяниками.
В верховьях малые внутриболотные реки текут в торфяных руслах, иногда исчезая внутри торфяной залежи, что четко прослеживается. В нижнем течении к ним примыкают заболоченные леса, а еще ниже — приречные полосы лесов на минеральных грунтах. Соотношение площадей водораздельных болот (область поверхностного стока) и приречных суходольных полос (область грунтового стока) определяется дренированностью территории, т. е. средними условиями стока подземных и поверхностных вод с междуречий в речную сеть.
Часть поверхностных вод стекает с болот путем фильтрации в деятельном горизонте торфяников, именно в этом горизонте, сложенном живыми растениями, их слаборазложившимися остатками и обладающем высокой пористостью и водопроницаемостью, происходят колебания уровней болотных вод, процессы тепло- и влагообмена с атмосферой.
Происходящий в деятельном горизонте фильтрационный (диффузный) сток с водораздельных болотных массивов, особенно с имеющих выпуклую форму и значительные уклоны, поступает на периферийные участки болот, переувлажняя их и подпитывая верхние горизонты подземных вод; чем больше диффузный сток, тем сильнее питание подземных вод прилегающих территорий.
Болотные экосистемы отличаются в естественном состоянии в большинстве случаев повышенным испарением. Болота всех типов, обладая определенной регулирующей емкостью, как и леса, способствуют уменьшению максимальных модулей паводков и половодий. Наибольшее снижение стока при одинаковой степени заболоченности наблюдается на озерно-болотных комплексах и сильно обводненных микроландшафтах, а также в районах низинных болот. Наименьшее снижение стока дают выпуклые верховые болотные массивы. То есть, любые болота на водосборе способствуют снижению речного стока по сравнению с незаболоченными бассейнами в естественном состоянии.
Качественная сторона гидрологической роли болот заключается в формировании химического состава и качества болотных, речных и подземных вод. Торфяники являются сложными комплексными ландшафтно-геохимическими барьерами как линейного, так и площадного типа [Глазовская, 1988]. Поступление кислых болотных вод в реки и в нижерасположенные водоносные горизонты способствует понижению рН, жесткости и концентрации главных ионов в воде, увеличению содержания органики, марганца и некоторых других микроэлементов.
Болотные экосистемы способны аккумулировать большой спектр загрязняющих веществ из атмосферы. Они способны накапливать такие токсичные техногенные элементы, как мышьяк, селен, свинец, кадмий, ртуть и другие, консервируя их на многие годы [Глазовская, 1983]. В болотах надолго могут консервироваться органические загрязнители, в частности нефтепродукты и, по-видимому, пестициды. Учитывая масштабы заболоченных площадей Западной Сибири, значение болот как биологического фильтра трудно переоценить. Секреты гидрологической роли болот раскрыты еще далеко не до конца.
5. И, наконец, одна из наиболее важных функций болот та, что они обеспечивают сохранение генофонда редких, в том числе не встречающихся нигде, видов животных, птиц, растений: сохранение специфической флоры и фауны. Большое значение в изучении болотных систем имеет определение параметров устойчивости этих жизненно важных для равновесного состояния окружающей среды природных комплексов.
Образовавшиеся уже в среднем голоцене и еще более увеличившиеся к настоящему времени крупные болотные массивы с мощной торфяной залежью являются устойчивыми саморегулирующимися системами, обладают различными гомеостатическими механизмами, обеспечивающими относительную независимость этих болот от внешних условий.
Гомеостатический механизм болот — фитоценотический, в его основе лежат изменения в растительном покрове, обусловленные колебаниями водного режима, на который растения болот очень четко реагируют. Всякой системе присущи свои пороговые нагрузки, превышение которых ведет к нарушению гомеостаза или к необратимым деструктивным изменениям. Болота, особенно олиготрофные, выносят довольно широкую амплитуду изменения отдельных факторов. Превышение пороговых нагрузок разрушает систему: она перестает существовать.
Под устойчивостью системы мы понимаем способность к сохранению ее структуры, основных функций и свойств при нарушении, под воздействием внешних факторов.
Большой запас устойчивости проявляется к увеличению дренированности территорий, в то же время по отношению к переобводненности этот запас устойчивости значительно меньше; в средней и северной тайге верховые болота более устойчивы, чем в южной тайге.
Имеются данные (Гелета, 1986) [Болота…, 2000], что в южной тайге верховые болота площадью от 0,09 (при уклоне 0,001) до 2,6 км2 (при уклоне 0,0056) находятся на грани устойчивого состояния. Этот показатель важно знать при проведении искусственного осушения болот: при превышении критических площадей любая степень осушения болота приведет к его гибели. К тому же широкое осушение болот может вызвать усиление континентальности внутриболотного климата и изменение теплового режима прилегающей территории.
Это, безусловно, далеко не полная характеристика параметров устойчивости болотных экосистем, но уже это позволяет считать, что, не зная природной динамики болотного процесса и форм его проявления при антропогенном воздействии, невозможно прогнозировать последствия тех или иных хозяйственных решений.
4.2. Водно-болотные угодья тундровой зоны
В эту группу на территории Западной Сибири входят тундры Ямало-Ненецкого автономного округа.
Возраст равнинных тундр насчитывает около 1 млн. лет. Их возникновение относится к началу четвертичного периода и связано с началом оледенений, охвативших громадные пространства приполярных областей. Это создало новые условия существования, которые предопределили возникновение тундровой растительности в высоких широтах: регион расположен за Полярным кругом, максимальное распространение континентальной суши практически до 78° с. ш.
Основная территория региона представляет собой низкие, плоские и слабо наклонные на Север равнины, расположенные на Герцинской эпиплатформе, неоднократно затоплявшейся полярными морями. В результате этого выработались неровные формы рельефа и возникли значительные поднятия, такие как возвышенность Хой на Ямале, система возвышенностей на Гыдане. Прибрежная суша Карского моря сохранила низменный рельеф.
Тундры Тюменского Севера — зона нижнего течения и эстуария Оби — крупнейшей реки Азиатского континента, приносящей сюда ежегодно огромное количество достаточно теплых вод. Этот район прорезан более мелкими реками, многие из которых также образуют ценные, прежде всего в биологическом плане, эстуарии (Надым, Пур, Таз).
И может быть, особенностями рельефа, создающего на малых территориях большое количество “микробиотопов”, отличающихся по своим экологическим условиям, обусловлено большое разнообразие тундровых сообществ: это лесные, луговые, степные, горно-тундровые, болотные, типичные тундровые и другие биотопы. То есть, тундры Арктики и Субарктики достаточно гетерогенны.
В связи с экстремальными условиями: низкие температуры, постоянные ветры, относительно небольшое количество осадков при достаточно высокой влажности и, главное, наличие многолетних мерзлых грунтов — растительный покров, имея невысокий потенциал для возобновления, является необходимой составляющей тундровых экосистем; целостность его предохраняет мерзлые грунты от развития термокарста, образования оползней и др. То есть, он выполняет изолирующую функцию при воздействии атмосферных явлений на почвенный слой.
Перевыпас оленей, интенсивное техногенное вмешательство в экосистемы равнинных тундр Крайнего Севера ставят под угрозу исчезновения не только многие виды флоры и фауны, но и целые биогеоценозы. При этом темпы разрушения намного опережают возможности восстановления в связи с очень медленными процессами возобновления. В этих условиях выявление редких видов флоры и фауны, редких сообществ — первостепенное условие сохранения природных комплексов Крайнего Севера.
Требующими первоочередной охраны в субарктических тундрах Ямала являются участки:
щебнисто-разнотравно-дриадовых со стелющимися формами ели тундр;
разнотравной криофитной степи;
политрихово-разнотравно-овсяницевых лугов;
тундровых суходольных и нивальных разнотравных лугов;
нивальных ивняково-гилокомниево-дрепанокладусовых с разнотравьем тундр;
лиственнично-вакциниево-гилокомниевых тундровых редколесий;
ольховниково-политрихово-сфагновых сообществ и многих других, занесенных в Зеленую книгу Сибири [1996].
В настоящее время формально охраняются “континентальные и морские тундровые угодья” в заповеднике “Гыданский”, площадь которых составляет 878,2 га.
Во вторую очередь Рамсарского списка угодий России включены:
бассейны рек Южного Ямала (реки Щучья, Хадытаяха, Ядаяходаяха), общая площадь угодья составляет 690 000 га;
бассейны рек Западного Ямала (о-ва Шараповы Кошки, бассейны рек Харасавэй и Тиутейяха), площадью 650 000 га;
долина р. Юрибей, на площади 150 000 га;
озера северо-востока Гыданского п-ова на площади 210 000 га.
Свидетельством того, что тундровые ландшафты, сообщества заслуживают самого пристального внимания в аспекте их неотложной охраны, кроме специфики климатических условий, является их биоразнообразие на видовом и экосистемных уровнях (см. приложения 1–3): на территории тундр Ямала, Тазовского и Гыданского п-овов зарегистрировано свыше 220 видов орнитофауны, в том числе 7 редких, подлежащих охране; 66 видов ихтиофауны (редких, охраняемых видов 4); свыше 400 видов высших сосудистых растений, в их числе 20 подлежащих охране разного уровня.
На территориях ВБУ, предложенных для включения в Рамсарский список угодий РФ, в среднем течении р. Щучьей, в районе железной дороги Обская — Бованенково, описаны нивально-разнотравные ( Veratrum lobelianum + Veronica longifolia + Trollius asiaticus) луга, являющиеся эталонами луговой растительности, местообитаниями Rhodiola rosea, занесенной в Красные книги РСФСР [1988] и ЯНАО [1997], находящейся на северной границе ареала [Телятников, 1996]. К постоянным видам в сообществах относятся Bistorta major, Allium schoenoprasum, Parnassia palustris, Poa alpigena, Ranunculus borealis, Salix reticulata, Equisetum borealis, Thalictrum minus, Sanguisorba officinalis, Trisetum litorale и многие другие. Основным дестабилизирующим фактором является заготовка родиолы в качестве лекарственного сырья. Необходимо заповедение территории с приданием сообществу статуса “национальное достояние России”.
Внесено в Зеленую книгу Сибири прямоколосоосоково-дрепанокладусо-вое ( Drepanocladus fluitans + D. exannulatus — Carex concolor) болото в среднем течении р. Сеяха Мутная, в подзоне типичных тундр Ямала [Там же]. Сообщества занимают долины и поймы крупных рек и зарастающие котловины спущенных озер. Интенсивно разрушаются вследствие воздействия гусеничного транспорта на площадях газовых месторождений. Этот тип сообществ является эталоном тундровых травяно-моховых болот, может служить резервом для восстановления уничтоженных и трансформированных экосистем. Ценофлора этих сообществ представлена 38 видами, с покрытием до 50 %.
Осоково-пушицевые ( Eriophorum polystachyon + Carex glareosa + Dupontia fischeri) болотные сообщества описаны О. В. Ребристой [1996]. Они представляют собой одну из последних стадий зарастания поверхности скольжения оползневых склонов. Растительность сообщества равномерно густая, с покры-тием до 90 %. В сообществе доминируют пушицы и злаки, прежде всего Eriophorum polystachyon, Dupontia fischeri, Carex glareosa и др. Carex glareo-
sa — реликтовый вид среднеплейстоценового периода (максимальной морской трансгрессии). Сообщества требуют охраны, так как в них доминирует именно названный вид осоки — Carex glareosa, отнесенный к региональным охраняемым видам; вид редкий для неприморских экотопов, индицирующий засоленные морские отложения.
Водно-болотное угодье в бассейне р. Щучьей является примером естественного ВБУ, характеризующего южнотундровую подзону Ямала [Молочаев, 2000].
Все пойменные микроландшафты по степени дренируемости можно объединить в группы дренируемых и недренируемых; мощность торфов достигает 250–500 см. Здесь распространены лесные массивы из лиственницы, ели и березы с продуктивным древостоем, не типичным для высоких широт: средняя высота деревьев до 18 м. Леса с густым подлеском из ольховника, рябины, черемухи, шиповника, смородины, ивы шерстистой; травяной ярус образован бореальными видами. На этой же территории встречаются лиственничники таежного типа — уникальные лесные массивы.
В угодьях гнездится лебедь-кликун. В гнездовой период население лебедей на Южном Ямале составляет 0,8 птицы/10 км 2. По некоторым озерам гнездится малый лебедь; по равнинным участкам рек — гуменник, по глубоководным речкам и ручьям — гусь-пискулька; на гнездовьях в низовьях Щучьей встречается краснозобая казарка. В 1970–1980 гг. на этой реке отмечена линька до 3 тыс. больших крохалей — единственная заметная линька вида на континенте. Гнездятся здесь и орлан-белохвост, кречет, сапсан.
Поймы Южного Ямала являются хорошими зимними пастбищами для лосей (до 50–70 особей).
Ихтиофауна этой части Ямала представлена 34 видами, доминируют сиги. Из редких видов Красной книги ЯНАО встречаются муксун, тугун, арктический голец, таймень, сибирский подкаменщик. В Щучьей проходит нерест сигов; это ценный рыбопромысловый район.
На р. Хадыта работает стационар УрО РАН, а на р. Щучьей создан заказник.
На этой территории расположен важный узел остановок “каменных” кланов ненцев на осеннем и весеннем касланиях. Имеются многочисленные этнокультурные памятники.
Значительный интерес представляют угодья “Долина реки Юрибей”, тем более, что они испытывают достаточно интенсивное антропогенное воздействие, связанное со строительством и функционированием железной дороги Обская — Бованенково, вносящей фактор беспокойства в экосистемы.
Это угодье — пример поймы крупной реки южных тундр Ямала на площади 150 000 га. Широкие поймы Юрибея и Ясавэйяхи сильно расчленены руслами и протоками; среди форм микро- и мезорельефа террас преобладают криогенные полигональные формы, термокарстовые озера и западины, многолетние бугры пучения.
Юрибей — самая большая река Ямала, протяженностью 450 км, впадающая в Байдарацкую губу Карского моря. Плоская пойма занята в основном моховыми тундрами, пушицевыми кочкарниками и ивняками. Характерным элементом ландшафта бассейна р. Юрибей являются крупные склоны, долины и обрывы в том месте, где река прорезает возвышенность Хой. Обрывистые берега — излюбленные места гнездований сапсана и краснозобой казарки.
Во флоре сообществ долины Юрибея встречаются редкие виды, занесенные в Красную книгу РСФСР [1988]: кастиллея арктическая, родиола розовая; в Красную книгу ЯНАО: мытник арктический, гроздовник полулунный, жирянка альпийская, синюха северная.
Среди мигрантов орнитофауны, встречающихся в угодье на пролете, преобладают гусь белолобый и гуменник; гнездятся и собираются на линьку чернозобая и краснозобая гагары, малый лебедь. В среднем течении Юрибея зарегистрированы самые северные для Ямала пары гуся-пискульки; этот участок — важное место гнездований краснозобой казарки, являющейся, как и пискулька, малый лебедь, краснокнижным видом (МСОП), здесь гнездятся сапсан [Красная книга РСФСР, 1988] и турпан [Красная книга ЯНАО, 1997].
Угодье требует охраны и в качестве важного участка воспроизводства сигов: в Юрибее нерестится большинство сигов, это имеющий большое значение рыбопромысловый район.
О Ямале, его природе, флоре и фауне можно говорить бесконечно. Поражает не только разнообразие микроландшафтов, своеобразие их фауны и флоры, успевающей в течение одного месяца пышно отцвести и образовать плоды,— поражает их “стойкость” в экстремальных условиях арктического климата и одновременно абсолютная беззащитность перед надвигающимся освоением газоконденсатных месторождений в районах Бованенково, Харасавэя, Нового Порта, строительством автомагистрали в районе южных тундр.
В настоящее время, когда намечаются шаги к реанимации работ по разведке и освоению месторождений, необходимо своевременно поднять вопрос о создании “заповедных участков природы” — не только богатых редкими видами флоры и фауны, но и наиболее уязвимых эталонных ландшафтов субарктических и южных тундр Ямала.
Ямал — явление поистине уникальное по запасам возобновляемых и невозобновляемых ресурсов, по концентрации специфической флоры и фауны, природных комплексов, ассимилировавших в себе все элементы коренных и интразональных сообществ, флоры Урала, таежной зоны и даже Восточной Сибири. И Ямал необходимо сохранить — сохранить для потомков, хотя бы не в худшем виде, чем мы знаем его сегодня.
Подводя итог краткому обзору водно-болотных угодий севера Западной Сибири, можно добавить следующее. ВБУ охватывают всю Западную Сибирь, все ее зоны. Но особенность угодий Западно-Сибирского Севера состоит, прежде всего, в том, что:
они охвачены достаточно интенсивным антропогенным воздействием, так как их недра несут богатые запасы углеводородного сырья, составляющие основу экономики нашего государства, в том числе Западной Сибири;
с ними связана жизнь не только коренных малочисленных народов, но и всего населения этой территории, практически все сферы его деятельности в той или иной степени.
Следовательно, охрана ВБУ является залогом устойчивого социально-экономического развития территории Западной Сибири.
Если не регламентировать хозяйственную деятельность в этом интенсивно осваиваемом регионе, то в условиях исходного зонального, меридионального и провинциального разнообразия экосистем будет развиваться процесс унификации покрова: необузданная деятельность человека может превратить уникальнейший с точки зрения биологического разнообразия край в однообразный серо-бурый техногенный ландшафт на огромных пространствах. Пока этот процесс не вышел за рамки локальных территорий, необходимы конкретные меры для стабилизации обстановки, так как сегодня весьма остро стоит проблема сохранения уникальных экосистем севера Западной Сибири, составляющих основу ее исторически сложившегося ценофонда и служащих биотопом для большей части биоты.
Мы постоянно говорим об охране редких и исчезающих видов растений и животных и забываем, что вид можно сохранить только в рамках того сообщества, элементом которого он является. Биогеоценоз является средой, где протекает эволюция вида, его жизнь. Вид связан со всеми элементами биогеоценоза очень сложными связями и взаимоотношениями и сохраниться может только в этой среде.
Именно экосистемы севера Западной Сибири несут основную нагрузку по сохранению биоразнообразия, оставаясь своего рода рефугиумами для основной массы растений и животных.
В перечне такого рода экосистем на одном из первых мест стоят экосистемы комплексов водно-болотных угодий — долин и пойм рек, озер, болот таежной зоны и тундр Ямала, Гыдана, Тазовского п-ова. Это:
марши, приморские солончаковые луга, имеющие большое значение в становлении ландшафтов прибрежной полосы, главное — они служат местами скопления мигрирующих птиц: гусей, казарок, уток, куликов. Вблизи полярных поселков они разрушаются полностью (побережье Ямала, Тазовского п-ова);
высокопродуктивные осоковые, крупнозлаковые и приречно-хвощевые фитоценозы околоводных пространств пойм северных рек, прежде всего Оби и ее притоков;
злаково-разнотравные сообщества на высоких участках пойм, служащие убежищем для интразональных видов флоры и фауны;
экосистемы коренных берегов северных рек, так называемые яры: именно в этих биотопах в большинстве случаев отмечается наивысший уровень биологического разнообразия, а по долинам рек, как упоминалось ранее, осуществляются многие миграции животных. Эти уникальные экосистемы наиболее уязвимы по отношению к транспортным нарушениям, наводнениям, волнобою и любым повреждениям растительного покрова;
пойменные кустарниковые заросли, являющиеся важным элементом ландшафта, где происходит скопление микро- и макрофауны водоемов, они являются стациями переживания неблагоприятных периодов в годовом цикле для фауны;
заросли крупных кустарников и пойменные леса — регуляторы гидрологического режима, участвующие в формировании микроклимата, в стабилизации экологических условий, играющие важную роль в жизни коренных малых народностей [Крючков, 1987];
приречные кедровые леса, распространенные на высоких незатопляемых участках поймы; в нижнем течении поймы широко распространены припоселковые парковые кедровники или кедросады, отнесенные к группе охранных лесов. Эти леса не только являются стациями многих ценных видов фауны, но играют большую роль в жизни коренного населения.
Очень важным моментом в сохранении экосистем поймы Оби и других водно-болотных угодий севера Западной Сибири является расширение систем охраняемых территорий. В пользу необходимости этих мер говорит тот факт, что, например, в Америке площадь особо охраняемых природных территорий составляет 56,1 % от всей территории Арктики, в то время как в Российской Арктике — всего лишь 4,5 %, а на севере Западной Сибири и того меньше.
4.3. Водно-болотные угодья северной тайги
Подзона северной тайги — одна из самых интересных в ландшафтном плане. Для нее характерно чередование таежных, болотных, а местами и тундровых природных комплексов.
Основную часть региона занимают бассейны рек Надыма, Пура, Таза, Нижней Оби. Это наиболее низменная и плоская часть Западно-Сибирской эпиплатформы, которая в последний период геологической истории регулярно затоплялась морем и неоднократно меняла свою географию: достаточно сказать, что Тазовская губа была древней дельтой Енисея [Плотников, 1992].
Рассматриваемая территория представляет собой плоскую, слабо расчлененную равнину морского и озерно-аллювиального генезиса (абс. высота 60–120 м) с преобладанием почвообразовательных пород легкого механического состава [Геокриология СССР, 1989]. В таких условиях она должна быть слабо дренируемой. Однако обилие водотоков — мочажин, ручьев, рек свидетельствует о высокой гидрологической активности территории и хорошем дренаже, а большое количество хасыреев (спущенных озер) является, по мнению А. А. Земцова [1976], критерием активного неотектонического поднятия территории. Это согласуется с данными других исследователей, отмечавших, что территория междуречья испытывает в новейший этап устойчивые положительные движения [Геокриология СССР, 1989].
Климат территории континентальный, избыточно увлажненный. Среднегодовое количество осадков 410–460 мм, изменение среднегодовых температур в пределах -6,9…-7,6 °С, снежный покров сохраняется 220–230 дней — с середины сентября до начала мая, причем мощность его на плоских поверхностях незначительна и не превышает 1–1,5 м, что связано с выпадением до 70–75 % осадков в теплый период года в виде слабоинтенсивных дождей [Там же].
Мощным рельефообразующим фактором, влияющим на процессы болотообразования в условиях лесотундры, являются устойчивые сильные (средняя скорость 6–10 м/с) ветры северного направления, вызывающие дефляцию обнаженных песчаных и торфяных поверхностей, береговую абразию термокарстовых озер, их обмеление и заболачивание с южной, подветренной стороны из-за накопления здесь вымываемого торфяного материала.
Многолетняя мерзлота при мощности 60–100 м распространена почти сплошь и приурочена к торфяникам и заторфованным безлесным участкам, за исключением русел крупных и средних рек [Земцов, 1976].
Понижение кровли многолетнемерзлых пород отмечается в поймах малых рек, на высоких залесенных внутриболотных гривах, под грядово-мочажинными болотами, под таликовыми озерами и в мочажинах бугристых торфяников [Геокриология СССР, 1989]: при проведении бурения сотрудниками института “Гипротюменнефтегаз” в бассейнах рек Пякупур и Пурпе установлено, что минеральный грунт под топями и ложбинами бугристых болот до глубины 10–15 м находится в талом состоянии [Усова, 1983].
Здесь широко распространены крупно- и плоскобугристые сфагновые
болота, образующие обширные массивы и преобладающие в целом над древесной растительностью; для подзоны весьма характерны сочетания лист-венничных ассоциаций и переходных к сосновым, сосново-лиственничным и лиственнично-сосновым лесов. Часто в этих лесах заметное участие принимают ель, береза, кедр. Леса отличаются изреженностью и низкорослостью:
на водоразделе Пура и Таза высота сосен в возрасте до 100 лет едва достигает 8–10 м.
Большое распространение в подзоне имеют сосняки лишайниковые, представляющие собой прекрасные зимние пастбища для оленей; сосняки сфагновые, являющиеся переходными от болот к борам сообществами [Западная Сибирь, 1963].
Все болотные угодья этого региона представлены озерно-болотными комплексами на многолетней мерзлоте, располагающимися среди редколесий. Этот тип ландшафтов часто относят к зоне “тундролесья” [Пармузин, 1979].
Для тундролесья характерны так называемые многоозерья — участки мерзлотных ландшафтов, где термокарстовые озера покрывают примерно 70 % площади, а остальная территория занята торфяными болотами (плоско- и крупнобугристыми). Озера здесь весьма разнообразны: от олиготрофных и дистрофных с совершенно голым дном до мезотрофных , с развитыми подводными лугами. Торфяные болота имеют тундроподобный облик и по ним далеко на юг проникают многие элементы тундровой флоры и фауны. Можно отметить таких представителей орнитофауны, как тулес, чернозобик, морянка, поморники. Ерниковые кустарничково-лишайниковые сообщества на торфяно-болотных почвах, отмеченные на территории природного парка “Нумто” (63° с. ш.), по флористическому составу и фитоценотическому строению
ничем не отличаются от растительных сообществ подзоны типичных тундр Ямала.
Избыточное увлажнение и слабая расчлененность рельефа создали в прошлом благоприятные условия для активного заболачивания территории междуречий, поэтому на большей части сформировались криогенные гумусово-железистые торфянисто-глеевые почвы.
Бугристые болота на этой территории изучались в бассейнах рек Айваседапур, Пякупур, Пурпе, Гыдыотта, Пангода, Сэдеяха, Лонг-Юган [Новиков, Усова, 1983; Пьявченко, 1955; и др.]. Наиболее значительные массивы крупно- и плоскобугристых болот (площадь около 425 тыс. км 2) сосредоточены в малоисследованном в природном отношении районе Надым-Пуровско-Тазов-ского междуречья. В пределах Надым-Пуровского междуречья сплошные массивы плоскобугристых болот заходят далеко на юг, достигая Сибирских Увалов [Усова, 1983]. Западнее и восточнее эти массивы смещаются к северу и имеют в широтном направлении меньшую протяженность [Пьявченко, Федоров, 1967]. На востоке, вблизи Енисея, они заходят севернее Полярного круга. В Обь-Надымском междуречье их граница проходит севернее 65° с. ш. [Гринь, 1940].
Крупнобугристые комплексы характерны для более южных районов Западно-Сибирской тайги. В рассматриваемом районе они занимают около 3–5 % территории и приурочены к дренированным участкам — поймам рек. Низинные болота встречаются в поймах средних и крупных рек, днищах хасыреев; на террасах крупных рек формируются грядово-мочажинные комплексы (1–2 % общей площади); верховые и мезотрофные кустарничково-сфагновые с древесным ярусом болота (2–3 %) представлены в депрессиях рельефа залесенных террас крупных и средних рек; наконец, полигональные болота (0,5–1 %), являющиеся очагом тундровой болотной растительности, приурочены
к обнаженным глинистым и суглинистым поверхностям в днищах хасыреев и поймах рек.
Плоскобугристые торфяники имеют незначительную торфяную залежь (0,5–1 м) смешанного типа, в редких случаях достигающую 3–5 м, сложенную главным образом низинными осоковыми, осоково-хвощевыми, осоково-гипновыми и гипновыми торфами [Пьявченко, Федоров, 1967; Тыртиков, 1979], причем торфяные отложения придонного слоя топей по ботаническому составу близки к залежам бугров и имеют меньшую мощность. Это свидетельствует о вторичном происхождении топей, возникших после прекращения активного почвообразовательного процесса, когда тело торфяника развивается как единое целое [Тыртиков, 1979; Новиков, Усова, 1983].
В среднем на долю низинных торфов приходится 45 %, на долю верховых — 39 % и на долю переходных, образующих прослойку между ними,— 16 %.
Современная поверхность бугров торфяников имеет признаки значительной деградации: в напочвенном покрове преобладают лишайники, 3–10 % поверхности составляют пятна голого торфа. Поверхность бугров крупнокочковатая, кочки 20–30 см высотой, 0,5–2 м в диаметре, напочвенный покров кустарничково-лишайниковый с доминированием Ledum palustre, Vaccinium vitis-idaea, V. uliginosum, Betula nana, Andromeda polifolia, Chamaedaphne calyculata, Empetrum nigrum, Oxycoccus microcarpus. Из травянистых растений встречаются Rubus chamaemorus, Eriophorum vaginatum, Carex globularis, Drosera rotundifolia (табл. 23).
Таблица 23
Флористический состав сообществ северной тайги
|
Вид |
Обилие |
|
1 |
2 |
3 |
4 |
|
Andromeda polifolia |
|
gr |
|
|
|
Antennaria dioica |
gr |
|
sol |
|
|
Anthemis subtinctoria |
un |
|
|
|
|
Arctostaphylos uva-ursi |
|
|
gr |
|
|
Arctous alpina |
|
sol |
gr |
|
|
Betula nana |
|
sp |
gr |
sol |
|
B. pubescens |
+ |
+ |
+ |
+ |
|
Cacalia hastata |
sol |
|
|
|
|
Calamagrostis epigeios |
sol |
|
|
|
|
Carex globularis |
|
sol |
gr |
sol |
|
Chamaedaphne calyculata |
|
|
|
sol |
|
Chamaenerion angustifolium |
sol |
sp |
sol |
|
|
Comarum palustre |
|
gr |
|
|
|
Diphasiastrum complanatum |
|
|
gr |
|
|
Duschekia fruticosa |
+ |
+ |
|
|
|
Empetrum nigrum |
cop1 |
sol |
sol |
|
|
Equisetum palustre |
|
sol |
|
|
|
E. pratense |
cop2 |
|
|
|
|
E. sylvaticum |
|
sp |
sol |
|
|
Eriophorum polystachyon |
|
gr |
|
|
|
E. vaginatum |
|
sp |
|
|
|
Festuca rubra |
gr |
|
|
|
|
Hieracium sp. |
|
|
sol |
|
|
Juniperus communis |
sol |
|
sol |
|
|
Larix sibirica |
+ |
+ |
+ |
+ |
|
Ledum palustre |
|
cop1 |
cop2 |
cop2 |
|
Linnaea borealis |
sol |
sol |
|
|
|
Lonicera pallasii |
sol |
|
|
|
|
Orthilia secunda |
gr |
|
|
|
|
Oxycoccus microcarpus |
|
sol |
|
sol |
|
Pedicularis labradorica |
|
un |
|
|
|
Picea obovata |
+ |
+ |
+ |
+ |
|
Pinus sibirica |
|
+ |
+ |
+ |
|
P. sylvestris |
|
|
+ |
+ |
|
Populus tremula |
|
|
+ |
|
|
Ribes hispidulum |
sol |
|
|
|
|
Rosa acicularis |
sol |
sol |
sol |
|
|
Rubus arcticus |
sol |
|
sol |
|
|
R. chamaemorus |
|
cop1 |
sol |
sol |
|
R. saxatilis |
sol |
|
|
|
|
Rumex aquaticus |
|
un |
|
|
|
Salix sp. |
+ |
+ |
+ |
|
|
Solidago virgaurea |
sol |
|
sol |
|
|
Trientalis europaea |
sol |
|
|
|
|
Vaccinium minus |
sol |
|
|
|
|
V. myrtillus |
|
gr |
gr |
|
|
V. uliginosum |
sp |
|
gr |
sol |
|
V. vitis-idaea |
|
sol |
gr |
gr |
|
Veratrum lobelianum |
sol |
|
sp |
|
Примечание: 1 — Надымский район ЯНАО, правый берег р. Правой Хетты, 5 км северо-западнее пос. Пангоды, смешанный кустарничково-травяный лес, 29.07.1993 г., Э. И. Валеева;
2 — Надымский район ЯНАО, 4 км юго-западнее г. Надыма, смешанный заболоченный кустарничково-сфагновый лес, 27.06.1995 г., Э. И. Валеева, В. А. Глазунов; 3 — Надымский район ЯНАО,
2 км южнее г. Надыма, смешанный с доминированием кедра и лиственницы травяно-кустарнич-ковый лес, 07.07.1995 г., Э. И. Валеева, В. А. Глазунов; 4 — Березовский район ХМАО, правый берег р. Вогулки, протока Сухая, заказник “Вогулка”, сосново-багульниково-сфагновое болото (рям), 17.07.2000 г., Э. И. Валеева, В. А. Глазунов.
Весьма необычно ранее отмеченное только для Надым-Пуровского междуречья [Кирпотин и др., 1995] активное заселение плоскобугристых болот кедровым подростом, наблюдаемое автором в верховьях Казыма и Нады-
ма (рис. 18). Повсеместно в трещинах торфа развиваются проростки кедра
(1–20 экз./100 м2). Подрост кедра является характерным элементом растительности развивающихся в поймах рек крупных бугров пучения — гидролакколитов. Это очень важный момент в растительном покрове территории, так как кедр находится здесь на северном пределе ареала.
Рис. 18. Восстановление кедра на верховом торфянике,
ВБУ “Водораздел Нумто”
Развитие плоскобугристого комплекса является в целом непрерывной циклической сукцессией: возникновение небольших, блюдцеобразных (0,5–3 м), замкнутых термокарстовых просадок в период затяжных дождей ® зарастание их сфагновыми мхами и формирование пушицево-сфагновых и пушицево-осоково-сфагновых (с примесью гипновых мхов) слабо проточных мочажин. Линейные просадки представляют основу для формирования ложбин сильно проточных водотоков с пушицево-осоково-сфагновой и осоково-сфагновой эвтрофной растительностью ( Carex aquatilis, C. acuta, C. rostrata, C. canescens, Eriophorum polystachyon, E. russeolum, Rhynchospora alba, Sphagnum riparium, S. squarrosum, Drepanocladus exannullatum, D. fluitans, Cladopodiella fluitans).
В зависимости от положения в рельефе, одни просадки перехватываются водотоками и входят в их состав, приобретая ложбинообразную форму; другие продолжают работать как водосборные воронки, расширяя площадь.
На наиболее обводненных участках с открытым зеркалом воды поселяется Menyanthes trifoliata, нередко поверхность покрывается сплавиной Drepa-nocladus exannullatus или D. fluitans, далее следует рыхлая пушицево-осоково-сфагновая дерновина; менее обводненная полоса занята подбелово-сфагновыми ассоциациями.
Под влиянием ветров северного направления озера с одного края мелеют, образуя по обмелевшей береговой кромке осоково-сфагновые, очеретниково-осоково-пушицево-сфагновые и осоково-пушицево-сфагновые сообщества.
Определенные сведения о флористическом составе растительных сообществ северной тайги Западной Сибири содержатся в табл. 23, составленной по материалам геоботанических описаний, сделанных автором в разные годы исследований.
Продуктивность водно-болотных угодий северной тайги средняя. Видовое разнообразие этого региона достаточно высокое и оригинальное вследствие сочетания типично таежных и типично тундровых видов.
Совершенно особый тип ландшафтных комплексов представляют низовья Оби, где располагаются водно-болотные угодья Рамсарского списка “Нижнее Двуобье”.
Находясь в центре континента, р. Обь обладает крайне высокой многолетней изменчивостью годового стока. По этой причине Обская пойма очень динамична и вместе с сопредельными территориями образует единую систему, поддерживающую биоразнообразие региона.
В годы высоких половодий Оби большая часть водоплавающих перекочевывает и размножается на обширных тундролесьях Надым-Пуровского междуречья, отлетая на линьку в более южные районы.
Продуктивность и видовое разнообразие Двуобья очень высоки по сравнению с сопредельными территориями. Одна из главных причин этого — благоприятный термический режим в пойме вследствие переноса Обью с юга на север большой массы теплой воды. Ввиду относительно теплого микроклимата много южных видов флоры (ирис сибирский, вербейник монетчатый, щитовник мужской, виды пальчатокоренника и др.) и орнитофауны (серый гусь, чирок-трескунок, малая чайка и др.) проникают далеко на север.
Общая продуктивность ВБУ северной тайги Западной Сибири огромна: рассчитать плотность населения водоплавающих на всю площадь региона не представляется возможным. На этой территории обитают многие виды фауны и флоры, подлежащие охране (сибирский осетр, речная минога, ленок (обская популяция), скопа, орлан-белохвост, сибирский кедр, находящийся на северном пределе ареала и др.).
Главными источниками антропогенного воздействия являются предприятия нефтегазодобывающего комплекса, приводящие к загрязнению водоемов нефтепродуктами и скважинными водами, нарушению растительного покрова, беспокойству животных. На территории этого региона, по данным администрации ЯНАО [Информационный отчет…, 2000], воздействие нефтегазового комплекса прослеживается в ряде направлений:
прямое изъятие ресурсов (нефть, газ, газоконденсат, поверхностные и артезианские воды, нерудные стройматериалы, древесина и др.);
использование водных и земельных ресурсов, ресурсов растительного и животного мира;
опосредованное влияние на биоту — поступление загрязняющих веществ в окружающую среду (сгорание факелов, выбросы в атмосферу, сбросы в водоемы и на ландшафты, закачка сточных вод в подземные горизонты, отходы, шум, вибрация, электромагнитное излучение и др.);
изменение ландшафтов.
На территории округа получил развитие традиционный промыслово-оленеводческий хозяйственный комплекс с преобладанием оленеводства, охотничьего и рыбного промыслов.
Одной из основных проблем оленеводства ЯНАО является перевыпас в связи с большим количеством оленей. Характерная черта ведения хозяйства — сезонные миграции между тундрой и северной тайгой, поэтому северотаежные ландшафты также подвержены данной форме антропогенного воздействия. Превышение допустимой нагрузки на пастбища в 1998 г. (с учетом личного поголовья) составило более 40 тыс. голов. Это приводит к существенной деградации оленьих пастбищ. И этот симптом вызывает тревогу, так как в экстремальных условиях Арктики и Субарктики процесс восстановления пастбищ длится от 15 до 30 лет (в зависимости от степени деградации).
Общая площадь охраняемых территорий ЯНАО на конец 1999 г. составила 8 473 004 га (11 % от всей территории округа). На этих территориях размещается 2 государственных природных заповедника, 3 государственных биологических заказника федерального значения, 9 государственных биологических заказников окружного значения и этническая территория окружного значения с особым режимом природопользования [Информационный отчет…, 2000]. Заказники “Куноватский” и “Нижнеобский” входят в состав ВБУ международного значения “Нижнее Двуобье” и “Острова Обской губы”, соответственно входящих в Рамсарский список ВБУ России.
Безусловно, этого недостаточно, учитывая специфику природы, имеющей крайне ограниченный “восстановительный” потенциал и при этом испытывающей такой интенсивный антропогенный пресс. Поэтому в ЯНАО активно ведется подготовительная работа по созданию новых ООПТ, особенно в Субарктике и Арктике, таких как государственный заповедник “Ямальский”, государственный биологический заказник “Гыдоямовский”, заказник по охране и воспроизводству рыбных запасов “Тазовская губа ”.
Одной из актуальных задач является организация в регионе прибрежных морских заповедников (ПМЗ) для сохранения природных комплексов в условиях возрастающей антропогенной нагрузки на окружающую среду. Особенно важно это вблизи такой транспортной магистрали, какой является Северный морской путь.
Подготовлены материалы на четыре новых ВБУ ЯНАО, претендующих на придание им статуса “имеющих международное значение”, три из них включены во вторую очередь Рамсарского списка ВБУ России, это:
группа озер в междуречье Часельки и Харампура;
Юртовское многоозерье в междуречье Вэнгапура и Етыпура;
Чертовская система озер.
ВБУ “Юртовское многоозерье в междуречье Вэнгапура и Етыпура” расположено в междуречье рек Апакапур и Етыпур. Представлено тундроподобным многоозерьем, крупно- и плоскобугристыми болотами; заозеренность около 70 % [Авданин и др., 2000б]. Леса и редколесья с доминированием лиственницы и березы занимают около 5 % площади. Встречаются все типы озер: дистрофные, олиго-, мезо- и эвтрофные с подводными лугами из рдеста, ежеголовника (достаточно редкого вида) и горца земноводного. Болота чаще верховые.
Угодье входит в зону традиционного природопользования: ханты и ненцы занимаются охотой, рыбной ловлей, выпасом оленей.
Это район массового обитания, размножения, линьки и предотлетной концентрации водоплавающих птиц: особенно много (по авиаучетам) гуся-гуменника, лебедя-кликуна, речных уток. Из редких видов встречаются орлан-бело-хвост, скопа, сапсан, беркут. До середины 1980-х гг. на р. Трыльяха регистри-ровалось поселение бобров предположительно западносибирского подвида. В водоемах угодья редкими в последние годы стали сиговые рыбы.
Специальной охраны угодье не имеет, хотя испытывает все последствия нефтегазодобычи. В то же время оно требует пристального внимания со стороны природоохранных организаций, так как это одна из немногоих в регионе система эвтрофных и мезотрофных озер.
ВБУ “Группа озер в междуречье Часельки и Харампура” занимает площадь всего в 30 тыс. га [Авданин и др., 2000а]. В угодье входит ряд крупных (Часельская группа), весьма разнообразных озер, среди которых доминируют мезотрофные с обширными участками подводных лугов из рдестов и другой погруженной растительности.
Среди лесов доминируют редколесья кедра и сосны.
Это территория традиционного природопользования лесных ненцев, на которой сохранились культовые объекты (священное озеро Сенмуто).
Это единственная крупная группа мезотрофных озер в северной тайге, с высокой численностью фитопланктона; место массового размножения, линьки и предотлетной концентрации водоплавающих, в том числе лебедя-кликуна. Из редких видов отмечены орлан-белохвост, скопа, сапсан, беркут. Авиаучетами зафиксирован на пролете стерх. Наблюдается высокая плотность выдры и норки.
Специальной охраны угодье не имеет, хотя с запада и северо-запада к нему примыкают нефтепромыслы. Поскольку район интересный, но практически не изученный, на его территории необходимо проведение комплексных эколого-биологических исследований с целью разработки мер защиты.
ВБУ “Чертовская система озер” располагается в Красноселькупском районе Тюменской области, на плоской, слабо расчлененной равнине. В ланд-шафтном плане участок представляет собой систему озер различного размера, чередующихся с верховыми сфагновыми болотами и редкостойными лесами. Озера, как правило, неглубокие, с плоским песчаным ложем, между собой часто соединены протоками, которые служат местами зимовки рыбы. Таким образом, протоки являются местами зимовки гидробионтов, чем существенно способствуют сохранению видового разнообразия. ВБУ “Чертовская система озер” — район массового гнездования уток, численность которых оценена в 250 тыс. особей [Водно-болотные угодья..., 2000].
В перспективный список Рамсарской конвенции внесен еще ряд ВБУ. “Многоозерье в междуречье Пякупура и Надыма” — тундроподобное многоозерье, включающее крупно- и плоскобугристые болота с заозеренностью более 70 %, расположенное в Пуровском районе ЯНАО [Авданин, Виноградов, 2000]. Площадь угодья — 269 500 га. На его территории проживает 26 семей лесных ненцев и ханты, жизнь которых связана с промыслом птиц, т. е. это территория традиционного природопользования.
Это уникальный участок массового обитания тундровых видов птиц в глубине таежной зоны: территория массового размножения, линьки и предотлетной концентрации водоплавающих, включая массовые (до 100 тыс. особей) остановки гусей, в том числе пискульки и краснозобой казарки. Из редких видов на территории угодья гнездятся скопа и орлан-белохвост.
На отрезке Обской губы между реками Пур и Надым и в их бассейнах обитает около 40 видов рыб и круглоротых, в том числе такие ценные и редкие виды, как таймень, нельма, белорыбица, ледовитоморская минога, голец, пелядь и др. [Иоганзен, 1972].
В связи с тем, что на территории угодья расположены лицензионные участки добычи углеводородного сырья, ландшафты его частично трансформированы. Этот процесс усиливается в связи с прокладкой трубопроводов, строительством дорог, отсыпкой площадок и т. п. Фактор негативного воздействия, связанный с браконьерской охотой, незначителен.
4.4. Водно-болотные угодья средней и южной тайги
Регион занимает средне- и южнотаежную подзоны тайги Западной Сибири. В административном отношении включает Ханты-Мансийский автономный округ, Уватский район Тюменской области, Томскую область и приенисейские районы Красноярского края. Южная граница проходит приблизительно по
58° с. ш. — границе зоны олиготрофных сфагновых болот.
Представляет собой плоскую, слабо наклонную низменность, основу которой составляют огромные артерии Оби и Иртыша с их широкими долинами. Практически вся территория, включая водоразделы, чрезвычайно заболочена. Вследствие широкого развития многолетней мерзлоты, это один из самых богатых водно-болотными угодьями регионов России. Уровень заболоченности здесь составляет от 50 до 75 %. Прекрасно развиты долинные комплексы (Обь, Иртыш), имеется масса озер.
Торфяные болота Западно-Сибирской тайги, по-видимому, наиболее разнообразны для России и представлены грядово-мочажинными, плоско- и крупнобугристыми, аапа и другими типами. Только здесь встречаются оригинальные типы болот, такие как болота Сургутского Полесья.
Долины Оби и Иртыша, отличающиеся сильным развитием пойм со сложной гидрографией и обширными сорами и заливными лугами, являются самыми развитыми и сложными речными поймами в Евразии.
Биологическая продуктивность водно-болотных угодий тайги срединного региона несколько ниже, чем в северной тайге: плотность населения водоплавающих птиц здесь составляет 1600 экз./100 км 2 площади. Видовое разнообразие их обеднено из-за отсутствия тундровых видов. В то же время, вероятнее всего, именно здесь возможно гнездование тонкоклювого кроншнепа — эндемика России, вида, находящегося под угрозой вымирания.
Позвоночные, занесенные в Красную книгу России, представлены 9 видами: речная минога, обской осетр, ленок, черный аист, скопа, орлан-белохвост, кулик-сорока, тонкоклювый кроншнеп и речной бобр.
В регионе два водно-болотных угодья — Верхнее и часть Нижнего Двуобья, внесенных в Рамсарский список; два заповедника, частично охраняющих водно-болотные угодья; четыре природных парка: Нумто, Сибирские Увалы, Кондинские озера и Пунси (ХМАО). ВБУ на территории одного из них — Нумто, “Водораздел Нумто” внесены в теневой список водно-болотных угодий, претендующих на придание им статуса Рамсарских [Валеева и др., 2000].
К наиболее крупным болотным массивам относятся Сургутское Полесье, Салымо-Юганская система междуречья Оби и Иртыша, Большое Васюганское болото, Водораздел Нумто, Междуречье Колек-Егана и Сабуна.
Салымо-Юганская олиготрофная болотная система междуречья Оби и Иртыша (реки Большой Салым, Большой Юган, Демьянка) [Лисс, 2000]. Это олиготрофная болотная система, типичная для среднетаежного округа Западно-Сибирских бореально-атлантических олиготрофных грядово-мочажинных
и сосново-кустарничковых сфагновых болот. Средняя мощность торфяных отложений — 2,6 м, максимальная мощность — 6,7 м. Эта система является не только фактором заболачивания, способствуя подъему уровня грунтовых вод, но и одним из факторов, определяющих экологическую обстановку как внутри болот, так и на прилегающих территориях, в этом районе отмечается тенденция некоторого сокращения площадей грядово-мочажинно-озерковых комплексов. В зоне освоения нефтегазовых месторождений значима ее роль “ловушки” токсичных органических соединений и тяжелых металлов.
С учетом общей ситуации в данном регионе, усложненной работой предприятий нефтегазового комплекса, загрязнением территории нефтепродуктами, сжиганием многочисленных факелов, вызывающих смещение в равновесии газового состава атмосферы, на первое место выступает роль системы в глобальном цикле углерода, что очень важно на фоне современной тенденции потепления климата, вызванного увеличением содержания в атмосфере антропогенного углерода.
Эвтрофно-олиготрофный рубеж торфяных залежей датируется атлантическим периодом.
На территории массива сосредоточены типичные представители среднетаежной флоры и фауны: здесь сохранилась реликтовая популяция дикого северного оленя (таежная форма), устойчивые популяции соболя, выдры. Есть опыт заселения азиатского бобра. В водоемах обитает до 20 видов рыб. Акклиматизированы лещ, судак, сазан. Редким видом является пелядь. К ценной фауне следует отнести боровую дичь.
Болота этого комплекса богаты возобновляемыми растительными ресурсами: клюква, брусника, черника и другие дикоросы.
Эта территория была местом расселения малочисленных народов Севера — ханты: выявлено свыше 300 поселений, укреплений (городищ), могильников, святилищ — объектов традиционной культуры. Особый интерес в этом плане представляет архитектурно-ландшафтный комплекс Пунси, вошедший в государственный природный парк с одноименным названием (Нефтеюганский район). Границы анклава под влиянием нефтегазового освоения территории постепенно сужаются: местами компактного проживания хантов являются озера Большое Каюково и Северный отрог Салымо-Юганской болотной системы [Проект положения…, 2000].
В Обь-Иртышском междуречье на территории заповедника “Юганский” (ХМАО) охраняется болотный комплекс “Верховые сфагновые болота”, площадь которого составляет 648,7 га. На территории заповедника “Малая Сосьва” сохраняются водно-болотные угодья “Северотаежные болота и реки” на площади 225,6 га (междуречье верховий рек Малой Сосьвы и Конды).
Большое Васюганское болото, расположенное в центральной части Западно-Сибирской равнины в пограничных районах Томской, Тюменской, Новосибирской и Омской областей, является самым крупным в мире болотом, сформировавшимся в зоне контакта южной тайги и мелколиственных лесов. Площадь его составляет около 5 000 000 га [Лапшина и др., 2000].
Болото является эталоном ландшафтов чрезвычайно высокой заболоченности в подзоне южной тайги, обеспечивает естественное функционирование Обь-Иртышского бассейна и выполняет средорегулирующие функции в биосфере.
Большая часть его занимает почти целиком северную часть междуречья Оби и Иртыша. Являясь областью формирования водосборов крупных притоков Оби и Иртыша, Васюганское болото представляет зону особого экологического значения, состояние которой определяет статус примыкающих транзитных и субаккумулятивных ландшафтов Западно-Сибирской равнины.
Это важный объект водоохранного значения: здесь берут начало левые притоки р. Оби — Васюган, Парабель, Чая, Шегарка; правые притоки Иртыша — Омь, Тара, а также реки Чулым и Каргат, питающие рыбопромысловые озера бассейна внутреннего стока Западной Сибири.
В болотных ландшафтах массива, где обводненными торфяниками с огромным количеством озер занята практически вся водосборная площадь бассейнового стока, в формировании ресурсов подземных вод резко преобладает роль болотного питания. Со стоком Васюганского болота связано переувлажнение Барабинской лесостепи, что находится в противоречии с современным климатом этого района. Болото является резерватом огромных запасов пресной воды.
В Васюганской системе представлены своеобразные сочетания болотных и лесоболотных ландшафтов, особые типы болотных массивов, разнообразные растительные сообщества и уникальные комплексы болотной растительности, редкие фитоценозы и редкие и исчезающие виды флоры и фауны.
Северный макросклон комплекса занят преимущественно верховыми болотами особого нарымского типа [Бронзов, 1936]. Особенности этих болот — выпуклая поверхность, большая облесенность сосной, наличие сильно обводненных мезотрофно-евтрофных (грядово-мочажинных) топей, которые занимают до 30 % и более площади болотных систем. В грядово-мочажинных болотах преобладают мочажины шейхцериево-сфагновые, шейхцериево-осоко-во-сфагновые и осоково-очеретниково-сфагновые. Мезотрофно-евтрофные топи располагаются между выпуклыми олиготрофными массивами: в этом комплексе до 80 % площади занимают осоково-гипновые мочажины; гряды невысокие, ширина их 2–5 м и несколько километров в длину, облесены редкими угнетенными деревьями сосны и березы. Мочажины топкие, труднопроходимые, с пятнами оголенного торфа. В перспективе такие болота можно рассматривать как торфяной фонд и лугово-пастбищные угодья.
Для Васюганского комплекса характерно также разнообразие низинных (эвтрофных) болот: только здесь открыт и описан особый тип болот — веретьево-топяные-сетчато-полигональные низинные болота [Лисс, Березина, 1977].
Из редкой фауны здесь встречаются гнездовья крупных куликов-кроншне-пов и веретенников, пернатых хищников. Болота Васюганья являются местами последних достоверных встреч и возможного обитания практически исчезнувшего из мировой фауны вида — тонкоклювого кроншнепа.
Угодья Васюганья являются местами обитания лося, соболя, норки, выдры; замечены крупные скопления глухаря и рябчика. Из стада таежного оленя в 40–80 голов (1984 г.) по авиаучетам 1995 г. зарегистрировано в пределах всего лишь 8–10 голов на болоте в верховьях рек Большая Казанка и Емелич.
В притоках Оби и Иртыша, вытекающих с Васюганского болота, из 26 известных аборигенных видов рыб обитает до 20 видов. Кроме них в этих реках “стихийно” появилась верховка, акклиматизированы лещ, сазан, судак. Уязвимым видом ихтиофауны в регионе является нельма; к редким видам принадлежат пелядь, сибирская минога, ерш [Иоганзен, 1972].
Интенсивное хозяйственное освоение природных ресурсов Васюганья сопровождается нарушением естественных ландшафтов и ухудшением условий среды. Среди отрицательных факторов следует назвать уничтожение древостоев; воздействие гусеничного транспорта и уничтожение напочвенного покрова; загрязнение разливами нефти и ГСМ, отходами нефтегазодобывающей промышленности, бытовыми стоками и др.
До сих пор не предпринято практически никаких специальных мер природоохранного характера на участке столь важном по роли в обеспечении экологической стабильности на территории Западно-Сибирской равнины, являющемся феноменальным по размерам резерватом уникального биоразнообразия всех уровней, запасов возобновляемых и невозобновляемых природных ресурсов: системная охрана болотного покрова с учетом природоохранного значения болота как мощного фактора формирования и функционирования ландшафтных систем пока не организована. Поэтому работы по развитию сети охраняемых природных территорий в Западной Сибири не могут не охватить наиболее значимые комплексы Васюганского болота [Валуцкий и др., 2000].
На состоявшемся 30 января 1998 г. совместном заседании Новосибирского областного Совета ВООП, Госкомитета по охране окружающей среды Новосибирской области и представителей институтов СО РАН принято решение выступить перед администрацией области с ходатайством о создании на части Большого Васюганского болота государственного межрегионального заказника федерального значения “Васюганский” и болотной станции гидрометслужбы.
В 2000 г. Большое Васюганское болото включено во вторую очередь Рамсарского списка угодий России. Можно надеяться, что это ускорит процесс создания ландшафтного заказника и благодаря этому будет запущен механизм разработки конкретных природоохранных мероприятий на территории данного комплекса: охрана болот, столь значимых элементов биоразнообразия, соответствует общим целям сохранения биогеоценотической гетерогенности природных ландшафтов как основы сбалансированного устойчивого существования экосистем севера Западной Сибири.
В этом плане существенную положительную роль играет принятие резолюции и рекомендаций на 6-м совещании Конференции Сторон (1996) Рамсарской конвенции [Конвенция о водно-болотных угодьях, 1996].
Резолюция исходит из того, что на данном этапе такой тип ВБУ, несмотря на большую средообразующую функцию и роль в сохранении биоразнообразия, имеет слабые формы защиты. Учитывая, что системы ВБУ с доминированием торфа — “торфяники”, включая болота, топи, трясины, “бофидейлы” и тому подобные местности, до сих пор слабо представлены в Конвенции и что торфяники включены в систему классификации типов ВБУ Рамсарской конвенции в рамках нескольких типов внутренних водно-болотных угодий; признавая, что ресурсы торфяников и соответствующих продуктов торфа имеют существенную экологическую и экономическую ценность для многих народов во всех регионах мира; признавая существенный вклад в глобальное сохранение торфяников международных групп (МСОП, Wetlands International, Международная группа по сохранению болот); учитывая продолжающуюся деградацию и необходимость сохранения торфяников во многих районах мира вследствие широкомасштабного землепользования, Конференция Сторон Конвенции призывает уделять особое внимание инвентаризации и оценке торфяников на своих территориях с целью выделения их в группу Рамсарских угодий.
Конференция Сторон Конвенции:
призывает Стороны Конвенции способствовать или уделять особое внимание инвентаризации и оценке торфяников на своих территориях и, где это уместно, назначать дополнительные экосистемы торфяников в качестве Рамсарских угодий в соответствии с Резолюций 5.6, раздел II.1;
настоятельно рекомендует разрабатывать, принимать и выполнять руководящие принципы управления торфяниками на региональной основе, такие как “Руководящие принципы устойчивого использования и интегрированного управления тропическими торфяниками, разработанные МСОП”;
рекомендует, чтобы “Руководящие принципы разумного использования” Рамсарской конвенции широко применялись в области решения проблем, связанных с торфяниками.
Анализируя список ВБУ севера Западной Сибири, рекомендуемых для внесения в Рамсарский список угодий на территории РФ, приходишь к выводу, что он весьма далек от реального положения дел, касающихся охраны ВБУ, которые подвергаются на данном этапе серьезным техногенным воздействиям: огромные пространства болотных комплексов Сургутского Полесья Средней Оби, Кондо-Сосьвинского междуречья, пойм Иртыша и его притока Конды, т. е. практически вся часть лесоболотной зоны между Уралом и Обью с Иртышом осталась вне поля зрения составителей списка. А ведь именно здесь в ближайшие годы может возникнуть еще один очаг напряженности, не менее тяжелый, чем в Среднем Приобье ХМАО. Это связано с интенсивными разработками нефтяных месторождений, развертывающимся строительством автомагистралей федерального значения вдоль Уральского хребта, активизацией поисковых работ в Березовском районе и др.
На этой территории, захватывающей зону выпуклых грядово-мочажинных комплексов, сосредоточены огромные водно-болотные системы, включающие уникальные по своим размерам соровые водоемы (туманы), внутриболотные озера, реки и речки, чередующиеся с мощными плоскобугристыми торфяниками, заболоченными лесами — рямами; это территория со сложной гидрологией, напрямую связанная с долинными комплексами Оби в нижнем течении.
В этих условиях очевидна необходимость проведения исследований на обозначенных территориях и разработка методов и норм щадящего природопользования. Проблемы этой территории и Обской поймы не только взаимосвязаны, но и взаимно усугубляются. |
